Ротгар очнулся на холодной земле посреди ночного поля. Тьма окружала его со всех сторон, и лишь тихий шелест травы, потревоженной ветром, нарушал гробовую тишину. Его тело было тяжёлым и немощным, мысли путались в голове. Он попытался приподняться, но боль в ноге пронзила его, заставив зажмуриться от неожиданности. "Где я?" — прошептал он себе, едва различая очертания деревьев на горизонте. Воспоминания о последних часах или днях, что с ним произошло, не приходили. Он не помнил, как оказался здесь, и что привело его в это место. Единственное, что выделялось в его сознании — это жгучая боль в ноге. Собрав остатки сил, он поднялся на ноги и, склонившись, осмотрел рану. Темно-красные следы укусов были глубоки, опухшие, а кожа вокруг начинала чернеть. Укус был свежим, но отчего-то в голове всплыли обрывки образов. Ротгар с трудом смог вспомнить: крыса, но не обычная. Это существо, вынырнувшее из темноты, было неестественно большого размера, её глаза горели тусклым, но жутким светом. Это была одна из тех крыс, которых демоническая кровь древних существ сделала чудовищами. Он столкнулся с одной из них в развалинах храма, где искал артефакты. И теперь её яд плавился в его венах, сводя с ума. Память возвращалась по крупицам. Заброшенный храм. Поиски древнего камня, что мог дать ответы на его вопросы о демонах и их древней магии. Там, среди руин, он нашёл его — чёрный, сияющий камень, который привлекал его, словно магнит. Но прежде, чем он успел коснуться камня, крыса бросилась на него, вонзая свои острые, как иглы, зубы в его плоть. Затем — темнота. Ротгар блуждал, как в тумане, ослеплённый собственными страхами и болью. Весь его путь до этой минуты оставался покрыт завесой неизвестности. Тяжело дыша, он огляделся. Поле казалось бесконечным, окружённым лишь далёкими тенями деревьев и холмов. Никаких признаков жизни, никаких звуков, кроме его собственного дыхания и шума ветра. Казалось, что мир вокруг был лишён всякого тепла. "Я должен что-то сделать," — проговорил он, борясь с ощущением, что силы оставляют его. Этот яд, проникающий в его кровь, мог не только убить, но и поглотить его разум. Но была ли надежда? Он знал, что его драконидская кровь сопротивляется магии, и теперь оставалась надежда, что эта сила поможет ему побороть заражение. Осторожно ступая по холодной траве, Ротгар медленно пошёл вперёд, его ноги еле слушались его, но каждый шаг приближал его к возможному спасению — ближайшему городу. Он знал, что там может найти ответы. Гильдия Darkfis, о которой он слышал, занималась исследованиями артефактов и навыков, и, возможно, только там он сможет узнать, как справиться с этим проклятием.

Чем дольше Ротгар шёл, тем сильнее ощущал, что с ним происходит что-то странное. Ощущения обострились: каждый звук в ночи казался оглушительным, каждый запах невыносимо резким. Его драконидская кровь бурлила в жилах, как раскалённая лава, но в то же время он чувствовал холод, пронзающий его изнутри. "Этот яд… или что-то большее," — подумал он, почувствовав странную тягу к неизвестной силе, что, казалось, прокладывала свой путь через его тело. Возможно, заражение крысой дало ему что-то новое. Но что, если это обернётся чем-то худшим, чем смерть? Мысль о том, что он может потерять контроль над своим телом и разумом, заставила его сжать кулаки до боли. Звёзды над головой продолжали тускло светить, пока он медленно двигался вперёд. Где-то вдали мерцал слабый свет, вероятно, это был город. Но Ротгар уже не был уверен, что доберётся до него. Силы покидали его всё быстрее. Однако в глубине его души зарождалась решимость — если он умрёт, то хотя бы умрёт, зная, что сражался до последнего. "Я должен выжить," — прошептал он, скрипнув зубами. "Я не позволю этим демонам одержать победу."

Ноги Ротгара предательски подкашивались, когда он заметил впереди слабый свет, пробивающийся сквозь ночной мрак. Это был его шанс — возможно, последний. Он направился к источнику света, шаг за шагом, каждый из которых казался ему бесконечно долгим и мучительным.

Когда он приблизился, перед ним открылась небольшая деревня — несколько домов, их окна тускло мерцали в ночи. Ни звуков, ни движения — только ночная тишина, лишь изредка нарушаемая шорохом ветра.

Ротгар подошёл к ближайшему дому. Свет в окне намекал, что внутри кто-то бодрствует. Он постучал, сперва слабо, потом сильнее, стуча уже с отчаянием.

Дверь приоткрылась, и на пороге появился пожилой мужчина в потёртой одежде. В его взгляде отразилось недовольство.

— Кто такой и что тебе нужно посреди ночи? — недовольно пробурчал он, не спеша открывать дверь полностью.

Ротгар попытался заговорить, но его горло пересохло. Вместо слов он едва смог показать свою ногу, которая пульсировала от боли. Следы укусов крысы, заражённой демонической кровью, расползались по коже черными полосами.

Лекарь замер, когда увидел эти раны.

— Проклятие... — пробормотал он, а потом, узнав драконида по его чешуйчатой коже и хвосту, глаза его широко распахнулись. — Драконид? — Он потрясённо смотрел на Ротгара. — Они все вымерли более десяти лет назад...

Но времени на удивление не было. Ротгар рухнул к его ногам, и старик, чертыхнувшись, помог ему подняться, ворча себе под нос: «Лучше бы ты к нам не приходил, здесь тебе не помогут».

Лекарь провёл Ротгара в дом и уложил на скрипучую кровать. Дом был простым, с деревянными стенами, увешанными сушёными травами и связками корней. Лечебные зелья хранились в стеклянных бутылках на полках. Мужчина быстро осматривал рану, вздыхая всё тяжелее с каждым осмотром.

— Демоны вымерли сотни лет назад, но их кровь до сих пор проклинает всё, к чему прикасается, — пробормотал он, вытирая лоб платком. — Это первый случай, когда драконид заразился. Думал, что ваша раса слишком стойка для такого, но похоже, что даже дракониды не защищены от проклятия. Не знаю, как это лечить...

Он замолчал, обрабатывая рану чем-то, что обжигало кожу и одновременно приносило облегчение. Лекарь затем положил травы на рану и перевязал ногу.

— Это должно замедлить распространение, но надолго этого не хватит, — вздохнул он. — Я мало знаю о том, как бороться с таким проклятием у твоих. Большинство просто умирают.

Ротгар пытался держаться бодрее, хотя лихорадка постепенно охватывала его тело. Его дыхание стало прерывистым, но он знал, что если просто лечь и сдаться, он не выживет.

— Как я сюда забрёл... — прошептал он, едва открывая глаза. — Я искал артефакт в старом храме... Данж... — слова с трудом выходили из его пересохшего горла.

— Данжи, — кивнул лекарь. — Чёртовы ямы смерти. Мутанты и прочая нечисть кишат в них из-за древних проклятий. Никто не выходит из них без последствий. Ты чудом вообще сюда добрался. Сила твоей крови, наверное, единственное, что не дало тебе умереть по дороге.